Саммари: Анализ исследования об устойчивости городов к пандемии COVID-19 и будущим глобальным угрозам

Время чтения: 10 минут

Анализ исследования об устойчивости городов к пандемии COVID-19 и будущим глобальным угрозам

Пандемия COVID-19 стала самым масштабным вызовом для городов за последнее столетие. Пустые улицы, закрытые офисы и массовый исход жителей в пригороды заставили задуматься: не означает ли это начало конца городской цивилизации? Однако история, как показывает исследование Эдварда Глейзера, учит нас обратному: города удивительно живучи. Чума XIV века, испанка 1918 года, экономические кризисы — мегаполисы переживали катастрофы и возрождались вновь.

Но нынешний кризис отличается. Удаленная работа ставит под сомнение необходимость офисных центров, социальное неравенство обостряет политическую напряженность, а климатические угрозы подобрались все ближе. Пандемия не просто проверила города на прочность — она показала, какие из них действительно устойчивы, а какие держатся на плаву лишь благодаря благоприятной экономической среде.

Что помогает одним городам восстать из пепла, а другим — навсегда исчезнуть с карты? Экономист Эдвард Глейзер искал ответ, изучив судьбы городов от средневековой Европы до современных мегаполисов, переживших чуму, войны и экономические катастрофы.
Как создавалось исследование

Исследование посвящено анализу устойчивости городов перед лицом различных катастроф: пандемий, экономических кризисов, политических потрясений и природных бедствий. Автор, Эдвард Глейзер, утверждает, что города исторически демонстрируют высокий уровень сопротивления к физическим разрушениям, таким как землетрясения, войны и эпидемии, но гораздо более уязвимы к экономическим и политическим кризисам.

К такому выводу экономист Эдвард Глейзер пришел в своем масштабном исследовании, охватившем 650 лет городской истории. Ученый проанализировал, как разные мегаполисы справлялись с катастрофами — от Черной смерти до бомбардировок Второй мировой — и выяснил, что главная угроза для городов не землетрясения или пандемии, а разрушение их экономики и социальной структуры.

Ученый сравнивал, как разные города справлялись с ударами судьбы. Почему Лондон и Афины смогли оправиться после страшных эпидемий, а Детройт и Брюгге так и не вернули былого величия? Ответы — в цифрах: статистике населения, экономических показателях и политических изменениях, а также в человеческих историях — хрониках времени и репортажах.
1. Города устойчивы к физическим катастрофам

История доказывает, что города удивительно живучи. Бомбардировки Второй мировой сравняли с землей Хиросиму и Лондон, но уже через несколько десятилетий на этих местах вновь выросли процветающие мегаполисы. Секрет их возрождения — не в прочных стенах, а в экономической привлекательности. Пока город остается центром торговли, идей и рабочих мест, люди будут возвращаться несмотря на разрушения.

То же самое происходит после стихийных бедствий. Великий чикагский пожар 1871 года уничтожил треть города, но спровоцировал строительный бум и модернизацию. Землетрясение в Сан-Франциско 1906 года, унесшее 3 тыс. жизней и разрушившее 80% зданий, стало толчком к созданию новой, более устойчивой инфраструктуры. Катастрофы, как ни парадоксально, часто дают городам второй шанс — более современный и продуманный.

Даже смертоносные эпидемии не могут навсегда остановить городскую жизнь. Черная смерть в XIV веке выкосила до 60% населения европейских городов, но они не просто восстановились — впоследствии пережили эпоху Возрождения. А вспышки холеры в XIX веке привели к революции в санитарии и градостроительстве.

Исследования Эдварда Глейзера показывают, что физические катастрофы редко становятся концом истории для городов. Главная угроза не разрушения.
2. Города уязвимы к экономическим и политическим потрясениям

В то время как города восстанавливаются после войн и стихийных бедствий, экономические и политические потрясения часто становятся для них смертным приговором. История Детройта — яркий пример этого парадокса. Когда-то «автомобильная столица мира», город так и не оправился после деиндустриализации 1970-х. Закрытие заводов привело не просто к безработице — оно разрушило саму экосистему, оставив после себя пустующие небоскребы и целые заброшенные районы.

Еще опаснее для городов оказываются политические катаклизмы. Нападения и завоевания Рима привели «вечный город», столицу великой Римской империи к упадку на долгие века, а военное положение так и не было восстановлено. Аналогичная судьба постигла многие столицы, лишившиеся административного статуса — их улицы быстро пустели, а дворцы приходили в состояние заброшенности. И к сожалению, не всем так везло, как Риму, который сумел восстановиться и вернуть себе положение великого города.

Социальные потрясения оставляют не менее глубокие шрамы. Расовая напряженность 1960-х годов в американских городах привела к эффекту «белого полета» — массовому уходу среднего класса в пригороды. Такие города, как Кливленд и Окленд потеряли значительную часть населения после тех событий.

Как показывает исследование Эдварда Глейзера, настоящая угроза для городов кроется в потере экономической основы и социального согласия. Когда исчезают рабочие места, разрушаются институты власти или социальное взаимодействие, город теряет саму причину своего существования. В отличие от разрушенных землетрясениями кварталов, эти «невидимые раны» заживают десятилетиями, а иногда и вовсе оказываются смертельными. В этом — главный урок для современных мегаполисов: их уязвимость определяется прочностью не зданий, а экономических и социальных связей.
3. COVID-19 и будущие риски для городов

Пандемия COVID-19 стала для современных мегаполисов серьезным стресс-тестом, обнажившим их уязвимые места. Хотя массовый переход на удаленную работу поставил под вопрос будущее офисных кварталов, Эдвард Глейзер в своих исследованиях отмечает, что города не потеряют своей роли как центров инноваций и образования. История показывает, что именно плотная городская среда, где сталкиваются идеи и таланты, создает почву для прорывных открытий и культурного обмена.

Однако новые угрозы оказались серьезнее самой пандемии. Политическая нестабильность, рост социального неравенства и волны протестов могут спровоцировать отток наиболее обеспеченных и образованных жителей — тех, кто формирует налоговую базу и культурный ландшафт города. Еще более тревожной тенденцией становится рост преступности на фоне сокращения бюджетов правоохранительных органов. Когда улицы перестают быть безопасными, даже самые престижные районы быстро теряют свою привлекательность.

Так, Эдвард Глейзер в своих исследованиях выделяет три главных болезни, которые убивают города.

Первая и самая опасная — экономическая атрофия. Исчезновение промышленных гигантов оставляет после себя экономическую пустыню, где даже крепкие здания превращаются в безжизненные руины.

Вторая угроза — политическое забвение. Бюрократический аппарат увозит с собой не только чиновников, но и инвестиции, культурную жизнь, а главное — смысл существования для амбициозных профессионалов.

Но самый коварный убийца городов — социальный раскол. Конфликт, длящийся всего несколько дней, может запустить целую цепную реакцию: сначала уезжает средний класс, за ним следуют бизнесы, затем перестают работать городские службы. В отличие от разрушенных бомбардировками кварталов, эти социальные трещины не залатать бетоном и сталью.
Какие города выживут, а какие — нет

По прогнозу Глейзера, богатые города с сильной экономикой — Нью-Йорк, Лондон, Токио — адаптируются. Они останутся центрами образования, инноваций и культуры. А вот промышленные города без диверсификации экономики, такие как Детройт или Кливленд, рискуют продолжить деградировать.

Ключевой фактор выживания — способность удерживать людей и бизнес. Если город предлагает возможности для работы, качественную инфраструктуру и безопасность, он переживет любые кризисы. Если же он теряет эти преимущества, даже без войн и эпидемий его ждет упадок.

То есть города не исчезнут, но изменятся. История доказывает, что города — самые живучие творения человечества. Они переживали чуму, войны и землетрясения, но гибли, когда рушилась их социально-экономическая основа. Пандемия COVID-19 — не смертный приговор, а еще один вызов. Те города, которые смогут сохранить свою привлекательность, не просто выживут, а станут сильнее. Остальные — рискуют повторить судьбу Детройта.
Несколько цифр

Пандемия COVID-19, начавшаяся в 2020 году, оказала масштабное влияние на мировую экономику, здравоохранение и социальную сферу. По данным Всемирной организации здравоохранения, к апрелю 2024 года в мире было зарегистрировано более 775 млн случаев заражения и около семи млн смертей, связанных с коронавирусом. В России, по информации Минздрава, официальное число случаев превысило 23 млн, а летальных исходов — 400 тысяч. Однако избыточная смертность, учитывающая косвенное влияние пандемии, достигла 1,3 млн человек за 2020–2023 годы.

Экономические последствия оказались тяжелыми для многих стран. Мировой ВВП в 2020 году сократился на 3%, что стало худшим показателем со времен Второй мировой войны. Для сравнения, во время мирового финансового кризиса в 2009 году ВВП снизился на 0,1%.
Социальные последствия включали рост бедности и психологических проблем. Глобальный уровень крайней нищеты впервые вырос за 22 года. Также выросла нагрузка на систему здравоохранения: согласно ВЦИОМ, в 2021 году 49% россиян жаловались на то, что медицина не справляется с пандемией.

COVID-19 также ускорил цифровизацию и изменения на рынке труда. Доля удаленной работы в мире выросла с 7% до 28%.
Однако это усугубило неравенство, так как низкоквалифицированные работники чаще теряли доходы.
Другие книги и исследования по теме

1. В исследовании программы ОНН по населенным пунктам «Города и пандемии: на пути к более справедливому, зеленому и здоровому будущему» приводится анализ влияния COVID-19 на города и рекомендации по повышению устойчивости.

2. Исследование McKinsey Global Institute «Будущее рабочего мира после COVID-19» о влиянии пандемии на экономику и рынок труда.

3. «Городской дизайн, транспорт и здравоохранение» — научный обзор The Lancet о взаимосвязи городского планирования и эпидемиологической устойчивости.

4. «Большая перезагрузка: как кризис изменит наш образ жизни и рынок труда» — книга Ричарда Флорида о прогнозах трансформации городов под влиянием пандемии.

5. «Новый локализм: как города могут могут процветать в эпоху популизма» — Брюс Кац и Джереми Новак о роли городов в преодолении глобальных кризисов.

6. «Высылка: жестокость и сложность в глобальной экономике» — книга Саския Сассен с критическим взглядом на устойчивость городов.
«Газета», а что послушать и посмотреть на эту тему?

Фильмы:

1. «Пандемия: Как предотвратить распространение» — рассказ о людях, находящихся на переднем рубеже борьбы с гриппом, и об их усилиях по предотвращению очередной глобальной эпидемии.
2. «Год, изменивший планету» — документальный рассказ о том, как глобальный карантин 2020 года положительно повлиял на природу и окружающую среду.
3. «Урбанизированный» — автор фильма продолжает свою кинематографическую историю о дизайне от микро до макро. В нем режиссер исследует проблему городской планировки в условиях неистовых темпов урбанизации.

Подкасты:

1. НОРМ, выпуск «Карантин: караул или норм? Выпуск из самоизоляции!» — обсуждение адаптации к карантину и о том, как не сойти с ума. В выпуске друзья ведущих помогают советами и опытом из других стран, где коронавирус бушует дольше, чем в России.
2. «Слышь, вирус, а корона не жмет?» — врачи и другие специалисты отвечают на вопросы о COVID-19, развеивают мифы и делятся полезной и проверенной информацией из надежных источников.